В уме.

Я всё держу тебя в уме,

как результат —

процесс сложения,

но не слияния ни в коем.

Зачем слагают буквы изо льда,

когда для льда внутри хватает изморози коек?

Извечное не «как», но «вопреки»

касается опущенной в чужой сугроб руки.

Не спрашивай меня, зачем на холоде горю.

Я к крематорию свой путь веду, не к алтарю,

а впрочем —

сильной разницы

меж тем и тем

не очень.

Тут то припорошит,

то пропесочит,

то прикопает так,

что сдавит грудь —

ни простонать,

ни пёрднуть,

ни зевнуть.

Лежишь с набитым ртом, глотаешь пыль.

«Кропал,

корпел,

терпел,

но не любил» —

диагноз бессердечного мудилы.

И это тоже было той же пылью.

Я ослабляю нервов поводок,

чтобы я мог подумать не о том.

Ни в бедствии, ни в рабстве, ни в тюрьме —

я каждый день держу тебя в уме.