Ничья.

Каждый раз, когда чувства твои – лишь игра; ты ничья.

Я взаправду считаю так, не являясь тебе судьёй.

Не являясь в кошмары, крича в облаченьи лича,

доводя не до ручки, но, как минимум, сонного паралича

и, теперь уже, как нам двоим очевидно, совсем не являясь судьбой.

Весь твой лоск разорвался со мною на нитки и на лоскуты:

где по швам, где вообще безо всяких на то причин.

Твой народ – не шотландцы, но тебе всё одно – скоты,

невзирая на имя, родство и возможный чин.

О твоих ежедневных мольбах в никуда невдомёк ни отцу, ни святым.

Время ходило за нами по диагонали, всё время играя за белых,

Болеть за соперников – проще уверовать в заданный ход лотереи,

я забыл их, стараясь запомнить, что всё потеряю.

Ты пела.

Я пепел.

Недолго горели, конечно. Я знаю.

На рее, как труп браконьера, всё реет,

пылает огнём наше алое рваное знамя.

Так зачем же и в чём мне тебя обличать?

Ты не общество мне. Я – не классик.

Для меня ты и вправду ничья.

Но на меньшее я не согласен.