Манекен-амбидекстр.

«Манекен-амбидекстр».

Крики без зрителей —

всегда пронзительней,

ведь их не издают в газетах.

Когда есть воздух в головах —

сквозняк в клозетах.

Знак препиранья в литерах.

Сегодня ночью будет снова

нестерпимо сухо на губах.

И я смотрю на карты

с гневом генерала.

Я вижу деньги, много.

Вижу Гватемалу вдалеке,

кровавый отблеск от Корана

в виде каустики

на телах кораллов.

Как в темноте угла

нашел ночлег

усталый манекен.

Руки разводятся на автомате,

как мои родители.

И я — глухой хлопок

на быстрой встрече

этих самых рук.

Клоповник звёзд зудит

на чёрной простыне-обители,

подвесив труп Луны за грудь

на полуржавый крюк.

Излишне терпящий — с избытком же и проливает.

Слёз. Крови. Пота. Алкоголя. Сиречь, мочевины.

И крик, застывший в клетке рта,

сбегает временами,

хотя его вина

в подобных рецидивах

мне неочевидна.

Глаза скорбят,

они устали от пустых метаний

языка свечи от стен к молящему.

Их редко увлажняет сухость текста.

И к яблоку Адамову,

как на картине Микеланджело,

вслед за рукою тянется рука.

А мне смешно.

Впервые в жизни

вижу манекена-амбидекстра.