Внутри пачки.

На заброшенной окраине Воронежа,

в мятой пачке скуренной квартиры,

где лежит диван и до меня никто не жил,

дну ужасно не хватает ила.

Не хватает тела, будто гробу.

Своего ли? Может быть, чужого?

Против воли одеваться в робу...

(дальше непонятно, лист зажёван).

Принтер, непохожий на корову,

больше не покажет ни куска.

Вместе с продолженьем замурован

следующий день. Плевать, пускай

кораблики по лужам, грязь по венам.

По капле света на клочок стены.

Зачем вся дева, если есть колено?

Заправить. Всё насмарку. Постелить.

Диван скрипит по делу и без оного

(второе больше, не могу уснуть).

Меня б такого мрачного, бессонного,

да выкинуть в пожухлую листву.

глядишь — и места стало посвободней,

чай, не Чернобыль — выбросы удачней.

Легко быть сигаретой в преисподней,

особенно внутри помятой пачки.